Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Корс

«В общении с гражданами внимателен и тактичен...»

Оригинал взят у novayagazeta в «В общении с гражданами внимателен и тактичен...»
Предприниматель Ирада Раджабалиева добивается возбуждения уголовного дела в отношении полицейского Романа Толпеева, который в июле ее избил.


Роман Толпеев / Вконтакте



От редакции

Данный материал (и особенно его иллюстративный ряд) является официальным сообщением о преступлении в соответствии со статьей 140 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Просим правоохранительные органы провести проверку публикаций на странице Романа Толпеева в социальной сети «ВКонтакте» на предмет разжигания межнациональной розни.


Collapse )

Корс

Детский дом-интернат №8 для умственно отсталых детей

Оригинал взят у vespro в Детский дом-интернат №8 для умственно отсталых детей
Граждане, дорогие, хочу поделиться с вами сильным впечатлением. Название впечатления вынесено в заголовок поста.

Многим я рассказывала, а многие не знают, что в начале девяностых мы с любимой supercalifragia провели больше года в таком детдоме в качестве волонтеров. До сих пор я помню этот ужас. Пропахшие гнилой капустой коридоры, кафельная комната, где из шланга моют ползающих по полу обкаканных существ...ТОГДА это был ад.

Поэтому в этот интернат я ехала, крепко взяв себя в руки. Готовая КО ВСЕМУ. Как выяснилось, я ни к чему не была готова.

Ребята, в комнатах на окнах - веселые шторки. На постелях - яркое цветное белье. Над кроватями - мобили. На стенах - рисунки. И главное - дорогие, не знаю, поймете ли вы меня... Там пахнет свежестью, и немного - моющим средством.

А знаете, как нянечка моет ребенку руки?
Нянечка стоит и с бесконечным, ангельским терпением произносит ЛАСКОВО: "Саша, где водичка? Где водичка? Где водичка?" - пока Саша наконец не концентрирует глазки на струе, не смеется и не подставляет руки под воду САМ. Понимаете ли вы это, дорогие? Подтащить его как тюк с опилками к раковине и насильно вымыть ему руки - 1 минута. Научить самому подставлять руки под воду - 15. И она это делает! Потому что, по мнению директора детдома, ребенок НИЧЕГО НЕ ДОЛЖЕН ДЕЛАТЬ МЕХАНИЧЕСКИ.

Простите, наверное, моя истерика не всем понятно, но кто в теме - поймет.
В общем, я очень надеюсь, что Галчонок будет с детским домом работать.
Картинка, конечно, ничего не передает...



...но сотрудникам мне хочется скупить все цветы в городе. Правда.

Для начала, впрочем, мы купим стому.
Но это отдельно.

Корс

Актуальный автор

Оригинал взят у avmalgin в Актуальный автор
Сегодня 100 лет Сергею Михалкову.

В 1948 году в театрах страны шла пьеса Сергея Михалкова "Я хочу домой" с актуальным для сегодняшнего дня сюжетом. В послевоенной Германии остались советские дети, которых английские и американские оккупационные власти не торопились отпускать на родину. Кому-то подыскивали приемных родителей из числа немцев, кого-то помещали в приюты. Но Родина не забыла своих детей, она за них борется, мужественные советские разведчики делают все, чтобы вырвать детей из лап империалистов и вернуть их в социалистический рай. За эту пьесу Сергей Михалков получил Сталинскую премию, уже третью по счету. А спустя год на экраны вышел фильм "У них есть Родина", сценарий к которому Михалков переделал из своей пьесы. В фильме были заняты выдающиеся актерские силы - Раневская, Марецкая, Санаев, Кадочников, Астангов... Рвущую душу музыку написал Арам Хачатурян.

В советском кино много было снято антиамериканских фильмов. Но даже на их фоне этот фильм поражает: здесь недавние союзники - настоящие звери, поднявшие руку на советских детей, не останавливающиеся даже перед убийством. В рецензиях на фильм американцы назывались "продолжателями дела нацизма".

Сейчас этот фильм вспомнили, и он вышел на DVD, купить его нетрудно: http://www.ozon.ru/context/detail/id/4125600/

Вот фрагмент с мерзкой немкой, собирающейся удочерить русскую девочку (немку играет Раневская):



Из рецензии, опубликованной в газете «Советское искусство» 25 марта 1950 года:

Среди фильмов для детей и о детях новый художественный фильм «У них есть Родина», выпущенный киностудией им. М. Горького, выделяется острой политической темой.
Показывая борьбу за возвращение на Родину советских детей, попавших в руки англо-американских оккупационных властей в Западной Германии, авторы фильма воплотили в ярких и правдивых художественных образах лицо двух миров - мира социалистического, представленного советскими людьми, и мира империалистического с его реакционной человеконенавистнической идеологией.
Фильм воспитывает чувства горячей любви к Родине, вызывает ненависть к новым гитлеровским последователям, волнует каждого зрителя чудовищностью раскрываемых в нём фактов.
Фильм основан именно на фактах. Отличное знание фактов лежит в основе сценария, написанного Сергеем Михалковым. На эту тему С. Михалков, как известно, написал пьесу «Я хочу домой». По сравнению с пьесой в фильме острее и полнее показаны причины невозвращения советских детей на Родину и установлена связь этого преступления против человечности со всей политической деятельностью поджигателей войны. В фильме глубже и резче, чем в пьесе, очерчены образы лицемерных агентов мирового империализма.
В пьесе «Я хочу домой» американская журналистка Додж показана мимоходом. В приюте для советских детей она фабрикует слащавый фоторепортаж: «Сиротки-бэби и великодушная Англия». Этот эпизодический образ поднят в фильме до крупного обобщения. В блестящем реалистическом исполнении Ю. Глизер – это уже не мелкий тип лживого репортера, а образ позволяющий видеть лицо всей американской буржуазной прессы – циничной и продажной.
Наряду с этим в фильм введена небольшая сцена, где в словесном поединке между советским и британским членами комиссии раcкрываются благодарная прямота и правдивость нашей большевистской печати.
В пьесе нет представителей новой демократической Германии, не показаны новые прогрессивные силы, поднимающиеся в немецком народе. Этот существенный пробел частично устранен в фильме, где введена роль молодого немца – шофера Курта, хорошо сыгранная артистом Г. Юдиным. Немец как будто покорно служит британским хозяевам, но действия оккупантов открывают ему глаза, пробуждают ненависть к поработителям, и он постепенно, но неизбежно переходит в лагерь борцов против поджигателей новой войны.
Collapse )
Корс

История мальчика Вани

Оригинал взят у avmalgin в История мальчика Вани
Однажды я в своем блоге уже писал об этой книжке. Хочу еще раз посоветовать ее прочесть. Ее написал русский мальчик, усыновленный американкой: в соавторстве с людьми, которые его спасли, вырвав из лап российских органов опеки. Называется "Дай мне шанс. История мальчика из дома ребенка". Предисловие к русскому изданию написала Наталия Водянова. Книга есть на "Озоне", да и во многих интернет-магазинах.

Русский перевод я не читал, но не думаю, что он слишком отличается от оригинала, который называется "Мальчик из дома ребенка номер 10".

Московский дом ребенка №10 я хорошо знаю. Это в районе метро Новослободская. Сейчас его, правда, закрыли, якобы на ремонт, а там кто знает. Органы опеки говорят, что когда-нибудь снова откроют. Хотя земля там на вес золота. Я, пока не уехал в Италию, там бывал много раз. Раз двадцать. Это как бы был дом для детей с пороками умственного развития. На самом деле с пороками там было не больше половины, остальные - нормальные детишки, которые сидели там в четырех стенах и нос к носу с действительно умственно отсталыми. Я каждый раз думал об их перспективах, если их не заберут и не усыновят. Усыновляли там детей в основном иностранцы, русских отпугивало название учреждения.

Книга, которую я советую прочитать, это душераздирающая история судьбы страдающего ДЦП мальчика Вани, талантливого и тонко организованного, которого поместили к душевнобольным. Его судьбой занялись британская журналистка и ее колега из США. Они боролись за него. В отместку мини-Астаховы и мини-Никоновы изъяли Ваню даже из этого учреждения, где его ежедневно опекали хотя бы сердобольные нянечки. Собралась специальная комиссия и отправила его в психиатрическую больницу, подальше от подозрительных иностранцев. Его следы потерялись. Герои книги смогли найти его только через полгода. Там все лежали голые на пластиковых, похожих на корыта, кроватях, без белья, в собственных испражнениях. Ребенок, который уже многое умел, невероятно деградировал, это было почти животное. История его дальнейшего спасения - в книге.

И главное. В английском издании (и в итальянском) никто не зашифрован. Там все названы - нянечки, чиновники, врачи - названы своими именами и фамилиями. Родина должна знать своих сволочей. Все они живы и наверняка работают по специальности в другом месте.

Когда я был в этом доме ребенка номер 10, там все было довольно чистенько и аккуратно. С девяностых годов, которые описываются в книге, там многое изменилось. Много игрушек, дети прилично одеты. Полностью поменялся персонал. Появились какие-то благотворительные организации, которые оказывали дому помощь. Но кое-что за внешне красивым фасадом меня смутило, помнится. Посмотрел, как детей кормят. В одну тарелку льют сначала суп, потом туда кладут (прямо в суп) манную кашу, в нее бросают кучочек мясца и на все это плещут сверху компотом из сухофруктов. Только после этого эту бурду, как будто бы для свиней приготовленную, подают детям. Им так меньше возни. А после обеда я заглянул в спальню: вся большая комната в кроватях, от стены до стены, ни одной свободной, почти все дети или косоглазенькие, или чернявые (от них из роддомов убежали их матери, забеременевшие от "гостей столицы"). На кроватях не было ни одеял, ни подушек. А дело было в ноябре, из окон сквозило вообще-то. И лежали они там, как креветки, скрючившись. А ведь это к моменту закрытия считался чуть ли не лучший дом ребенка. Соски им не давали от рождения, так тоже проще персоналу, у всех этих детей был во рту палец. С самого утра и в с перерывом на послеобеденный отдых врубался, очень громко, телевизор. Годовалых детей глушили сериалами, новостями, Петросяном. Гулять их водили только летом, осенью и зимой тяжело одеть и раздеть такую ораву. Когда мы с женой вынесли одного во двор, окруженный высоким забором, он испугался навалившегося со всех сторон огромного мира и только когда увидел засохший цветок мальвы и зачарованно стал им любоваться, это его успокоило. Это был абсолютно здоровый ребенок, которому предстояло жить в окружении детей с психическими отклонениями. Мы знаем итальянцев, усыновивших в этом доме ребенка детей, уже несколько лет наблюдаем за их развитием, ни один диагноз, поставленный врачами в этом учреждении, не подтвердился и, наооборот, врачи не увидели совершенно очевидных вещей.

Самое тяжелое было появиться там в дверях или заинтересоваться каким-то ребенком. Он тут же начинал тянуть к тебе ручки с таким выражением лица, что хотелось забрать оттуда не только его, но их всех. Они никто не умели говорить, но их глаза говорили каждому незнакомому взрослому: возьми меня!

После того, как я написал у себя в ЖЖ об этой книге, я получил письмо от того самого журналиста, который спасал мальчика. Он дал его адрес, рассказал о его судьбе. Ваня, которого крестили нянечки в доме ребенка, сейчас, уже будучи Джоном, остался православным, он активный прихожанин православной церкви св.Павла в городке Эммаус, Пенсильвания. Вы даже можете написать ему: John@johnlahutsky.com. К Джону поехали журналисты из журнала "Сноб", сделали репортаж.

А вот и соавторы - Алан Филпс (справа) и Джон Лахутски (в прошлом Ваня Пастухов):



А вот таким был Ваня за несколько дней до отъезда в Америку. Рядом с ним спасшая его Сара Филпс, жена Алана, и его детдомовский друг Андрей.



А это уже американское фото:



И, наконец, он с еще одной женщиной, сыгравшей огромную роль в его жизни - с приемной мамой Полой Лахутски:



Об этом мальчике и о его спасителях не расскажет российское телевидение. Оно сейчас целыми днями занято другим: убеждает зрителей, что 100.000 российских детей, спасенных американцами после 1991 года, были вывезены из России с единственной целью - издеваться над ними, пытать их и при первой возможности - убить.
Корс

Ксения Ларина

Слушаю на Дожде показания комиссии Борщева и Зои Световой. Слушаю и не верю своим ушам. То есть Равозжаева сначала отдали на "обработку", пытали трое суток - держали в подвале в наручниках и цепях, не давали ни еды, ни воды, не выводили в туалет, угрожали, грозились убить и закопать, шантажировали семьей и детьми, в ит
оге сломленного и измученного привезли в Измайловский парк, погрозили в другую машину - уже к ментам и доставили в Лефортово, где его приняли готового к явке с повинной и даже записали его признание на видео.
Я все это пишу чтоб зафиксировать и еще раз перечитать, и постараться поверить что это происходит в наши дни, в реальности, а не в 37-м и не в криминальном боевике НТВ.
А вопрос у меня к уважаемому Михаилу Александровичу Федотову - вы где вообще?? Где ваш совет по защите гражданских прав??
Какая постыдная трусость кругом. До чего же вас довели, мужчины.

Из ФБ
Корс

Сожитель

Никак не идёт у меня из головы вчерашний эфир. А конкретно то, что мущина-сожитель на глазах у матери избивает её ребёнка, а она не просто не вступается, она БОИТСЯ ЗА СЕБЯ. Я уже не говорю о недоступном моему мозгу желании жить с мущиной, который МОЖЕТ ударить твоё дитё. Вообразим приступ внезапного мущинского сумашествия - а она молчит и смотрит на избиение... Типа, он обидится и уйдёт...
Ребята, это хуже, чем "моральное разложение". Это атрофия инстинктов. Я не знаю, как можно выжить в таком состоянии.


В детстве у меня был отчим. Как бы назвала Ирина - сожитель. Хотя, какой сожитель? Муж. Мама даже фамилию его брала. Смешную, кстати, переводимую с немецкого как "обжора". Но он не был обжорой, время было не ожористое. Он был вдовец и у него была дочка-красавица, на год младше меня. Все мои одноклассники были в неё влюблены. Даже самые отпетые районные хулиганы стремились снискать моё расположение, искали дружбы со мною ради близости к ней. Это мне льстило и повышало социальный статус.
Мама тоже вдовствовала.
Мой папа и мама моей сводной сестры ушли из жизни одинаковым трагическим способом. Отчим искал матери для своей дочери. А мама - отца для своего сына. Искали для них сытости, благополучия, воспитания, образования. Искали счастья. Для себя, конечно, тоже немножко. Но это почти одно и то же для родителей. И жизнь по отдельности была тогда нелёгкой, чисто в материальном смысле, что некоторые сейчас склонны легкомысленно недооценивать.
Collapse )
Это я всё совсем не к тому, что детей надо бить - упаси Бог. Я, вообще, противник всяческого насилия. Не надо, ни своих, ни чужих. Но в посте Ирины как-то подспудно подразумевается, что своих-то ещё ничего, можно позволить. А вот если чужой сожитель бьёт твоего ребёнка, то совсем никак, где ваш женский материнский инстинкт. Такое вот инстинктивное неравноправие. А, почему, собственно, не отцовский? И почему инстинкт распространяется только на своих? Может, включить не материнский, а человеческий инстинкт? И голову. И чем в этом смысле отличается женщина от человека? И странное это слово - сожитель. В контексте звучит как ёбарь неприлично. Типа, некий козёл, ради плотских утех с которым, женщина эгоистически жертвует собственными детьми. Или из какого-то иного своего эгоизма - но жертвует. Сколько я знаю женщин, большинство для семьи ищут не столько сексуального партнёра, как, возможно, хотелось бы мужчинам, сколько воспитателя и содержателя её детей. Именно для них, эгоизм здесь ни при чём. Мужчины, между прочим, тоже, только не столь цинично.
Я не знаю, рецептов жизни в семье - у каждого семья своя, со своими традициями и договорённостями. Социальная ячейка, со своей Конституцией и даже кодексом. Где ответственны все, и дети тоже имеют свою голову и чувства. Если что-то позволяют с собой делать, не надо думать, что они так уж беззащитны и бессмысленны. По крайней мере, их личность стоить учитывать, а не считать мебелью, жертвой, объектом.
Вот чего я бы был противник, так это бездумного вмешательства в дела семьи. Как сверху, со стороны социального государства (его законы подразумевают совсем иной социум), так и снизу, со стороны биологических инстинктов - они тоже в этой среде не универсальны, могут принести больше вреда, чем пользы. Я не имею в виду крайние случаи, они случаются не только в семье - везде в обществе и во всех странах, даже в благословенной Америке. Тут, конечно, должен работать закон. Хоть относительно издевательства чужих над своими, хоть своих над чужими, хоть своих над своими. Да и когда мать бьёт своего ребёнка - это как? Она женщина? По крайней мере с инстинктами ли, без инстинктов к этому следует относиться, как минимум одинаково. Как должен относиться просто человек, а не женщина с какими-то инстинктами. Но очень бережно и деликатно. А вот инстинкты, как мне кажется, могут тут только всё запутать мы давно не животные. А ещё большую путаницу привносит какое-то вульгарное понимание семьи. И пошлое слово - сожитель.
Корс

Мама

К этому
Однажды мне приснился сон про моё раннее детство. Такие сны снятся редко, считанные разы в жизни - с полным комплексом всех ощущений. Я не увидел себя со стороны трёхлетним ребёнком, я СТАЛ им. Оставаясь при этом самим собой.
Я стоял в полутёмном коридоре своего дома в трусиках и цветастой рубашечке, пошитой бабушкой здесь же, на скамеечке у крылечка, вручную. Из дальней двери в коридор проливались солнечные лучи. Пахло кошками и чем-то неповторимо коммунальным.
Меня поразили те чувства ребёнка, вернее, то, что они были совсем другие, чем сейчас, напрочь забытые. Солнце было совсем другого цвета, гораздо желтее. И запах ощущался совсем по другому. Мир был другой, только очертаниями напоминающий нынешний.
Но самым поразительным было чувство мамы, вернее того, что её нет рядом. Без неё я был никто, она наполняла меня на большую часть моей маленькой души. И то, что её рядом не было трагически пугало, требовалось немедленно её найти. Ни папы, ни двух бабушек не хватало, а именно мамы. Только она была мною, а я - ею. Кажется, я хотел зареветь, но в это время проснулся.
И понял, что мамы во мне почти не осталась. Хотя тогда она была ещё жива. Сейчас её давно нет, мне давно не снится таких снов, но тот сон я запомнил. И, как ни странно, мамы с годами во мне теперь становится всё больше. Я всё больше ловлю себя на мысли, что думаю, как она, делаю, как сделала бы она. Видимо, таков закон души - отделяться душою от мамы постепенно, а в старости - обратно приближаться к ней.
Корс

КОСМОПОЛИТ Я БЕЗРОДНЫЙ

Вслед за hollandrat что-то не охватило меня чувство гордости за Родину и беззаветного патриотизма в этой истории. Другое чувство охватило. Бешенства. Только недавно все наперебой кричали о верховенстве прав ребёнка, пользы для него. Когда русская мать совершила во Франции уголовное преступление и шансов не было. Где тут интересы ребёнка, кто-нибудь мне скажет? Бабушку русскую, да, жаль. Сестра неплохая. Но при чём здесь всё это? Они, видать, по российской привычке не ведают, что творят, и на что обрекают малышку. И не о их интересах речь. О матери говорить не хочется, сами поглядите, как она относится к ребёнку и лупит его перед камерой. Ни слова не понимающего ребёнка, за что бьют. Бедная девочка. Я бы на месте РОССИЙСКОГО суда её лишил прав.


via krasovkin

Ей Богу, наступил бы я на горло своему патриотизму и собрал бы подписи в пользу португальских опекунов. Если бы умел. Нанял бы им здесь адвоката. Не им, а девочке Сандре - это её интересы. Кто её защитит теперь? Это было бы не по-русски, не по-португальски, а по человечески и по-христиански.
giutar

Микола Гейко

К предыдущему посту.
Стал я тут вспоминать, сколько всего у меня с Колей творчества связано, и оказалось, немало. Вот, к примеру ещё одно ему давнее посвящение.

Тут надо понимать, что у Коли четыре дочки, многодетный отец. Он вначале на эту песню обижался, там некоторые интимные подробности, но потом принял, и мы орали её вволю вместе. Время счищает всякую шелуху, а на правду нельзя сердиться. Особенно, если это правда искусства.:) А смерть очищает тем более.
Или вот ещё, где Коля выступает прототипом пьяного фотографа.

Collapse )
leo

ХОНЬКА (окончание)

Начало.
ХОНЬКА (окончание)

Семену Семеновичу было очень грустно. Он же был одинокий, одиноким часто бывает грустно. Никто ему не мешал, никто не беспокоил. Перевоспитавшийся Вовка с верхнего этажа не играл в десантников, в дверь никто не звонил, даже пионерки, раздающие домашних животных в добрые руки, и Семен Семенович мог работать сколько угодно, но время следующего квартального отчета еще не наступило, и даже любимой работой он не мог заняться. Компьютер, закрыв неоновые глаза, мирно похрапывал на столе.
Семен Семенович с тоской посмотрел в потолок, туда, где в верхней квартире тихо готовил уроки примерный Вовка, вздохнул, и снова уставился в окно. Солнышко катилось к закату, оно спряталось за дом напротив, и Семену Семеновичу вдруг снова показалось, что очертание дома напоминают колокольню, которая стояла на этом месте еще лет тридцать назад. И тут Семен Семенович вспомнил про Хоньку, про маленького домового, который жил в чугунной чернильнице.
Он постучал по чернильнице карандашом.
- Хоня, - позвал он, - ты здесь?
Из чернильницы никто не отозвался.
- Да ты жив ли, Хоня? – забеспокоился Семен.
Из чугунных глубин чернильнице раздался глухой стон.
Семен приоткрыл крышку и увидел, что Хонька лежит на дне, закрыв глаза и скрестив тоненькие ручки на хилой груди.
- Хоня, что с тобой?! – не на шутку испугался Семен, и заметил, что Хонька заметно увеличился в размерах, выпирая лысиной из чернильницы.
- Умер я, - печально сказал Хонька.
Collapse )